#ЧП

Dec. 15th, 2011 03:14 pm
rainbowwarrior: (Default)
Накануне.

Саломон въехал в город и остановился у метро:
- Куда теперь?- спросил он у Паши Шехтмана.
- Подамся в боевики к Лехаиму Обвальному. Профессионалы ему сейчас будут нужны,- ответил Паша,- а сам то куда думаешь?
- Думаю от «Яблока» наблюдателем на выборы пойти. Будем громить жуликов и воров на всех фронтах!
- Бывай дядя Саломон,- Паша вышел из машины,- даст бог, свидимся.
Саломон один покатился к центру.

Борух Ебцов корпел над бухгалтерской книгой. Дела последнее время были, мягко говоря, не очень. Он подсчитал свою долю от гранта администрации президента за «нах-нах», подсчитал долю в грантах госдепа. На бумаге вырисовывалась неплохая цифра. «Не густо конечно, но жить можно.»- подумал Борух и с содроганием решил прибавить гонорар за серию книг «Путин. Итоги». Картина тут же изменилась. Книги давно уже никто не покупал. Более того он должен был издателю приличную сумму. Настроение его сразу упало: ехать на зимние каникулы в Куршавель было не на что. Извечные русские вопросы «что делать» и «кто виноват» навалились на Боруха. «Кто виноват» было ясно – само собой происки кровавой гэбни и возросшая конкуренция на рынке правозащиты: молодые «нетрадиционные» правозащитники, такие как экоборец Дженни Чи беззастенчиво теснили мастодонтов его уровня. Приходилось изворачиваться, устраивать провокационные акции с последующим арестом, чтоб хоть как-то съэкономить семейный бюджет.
Борух, с горя опорожнил стакан ингушской паленки и погрузился в твиттер.

Илюша Тышин прогуливался по залу прилета аэропорта «Шереметьево», покручивая на пальце ключи от «Лексуса». Опытным взглядом он выискивал иностранцев приехавших в эту страну впервые. Он действовал совершенно бесхитростно:
- Хэло,- обращался он к нужному объекту,- такси ту Рэд Плейс ор амэрикен Эмбаси. Ту мени прайс. Файф хандред амэрикен долларс.
Конечно, он работал не один. У него была целая бригада, сколоченная благодаря Обвальному, контролирующая все такси обслуживающие Шарик.
Еще Илюша, как и многие прочие оппозиционеры промышлял политическим бизнесом.
Бизнес был несложный: зарегистрировать площадку для митинга и, если повезет, продать ее потом какому-нибудь политическому движению. Не очень прибыльно, но иногда выстреливали неплохие бабки. Но не часто.
Вот и сейчас он пытался прикинуть, за сколько он сможет продать площадку для митинга «За честные выборы!» на Чистых Прудах.
Надоумил его Лехаим Обвальный, обещавший верный успех.
- Ты пойми,- убеждал Обвальный,- честных выборов в этой стране отродясь не бывало.
- Само собой,- соглашался Илюша,- это любому идиоту ясно. Кто на это поведется?
- А вот тут ты не прав,- возразил Обвальный,- важна грамотная маркетинговая политика. Допустим кинем клич: голосуй за любую другую партию, кроме жуликов и воров. Поверь мне, Интернет хомячки на это поведутся и пойдут голосовать. А после выборов, хуяк, и у жуликов и воров процентов семьдесят голосов. И митинг тут в самую кассу. Прибыль пополам, если чо.
- Красиво излагаешь. Но Ебцов своим «нах-нахом» всех уже достал: никто не пойдет на шулерские выборы, а значит и протеста никакого не будет.
- Это ты зря,- возразил Обвальный,- каракуль уже всех достал. Ему место на свалке истории. Сейчас приходит наше время. За явку ты не переживай. Явку я обеспечу.
Илюша не сильно поверил Лехаиму, но решил все-таки подать заявку от зарегистрированного на него политического движения «Рукопожатность».

Владимир Чмуров, председатель Центризбиркома, устраивал совещание с представителями региональных избирательных комиссий. Он зло поблескивал взглядом из-под очков и топорщил бороду на манер старика Хаттабыча:
- Нам сверху спущено партийное задание,- начал он грозно, отчего присутствующие инстинктивно вжали головы в плечи,- правящая партия должна победить с семьюдесятью процентным результатом!
Все с интересом посмотрели на Чмурова. Во взглядах регионалов сквозило недоумение. Чмуров даже несколько опешил почувствовав скрытое сопротивление.
- Считайте это приказ,- уже менее твердо добавил он,- проявите фантазию, поставьте проверенных людей на всех уровнях. Нечего стесняться. Администрации президента проделала колоссальную работу: явка будет минимальной. Народ апатично отнесется к этим выборам. Впрочем как всегда.
- Но позвольте!- возразил кто-то из зала,- в Интернете развернулась мощная компания против жуликов и воров!
Чмуров театрально снял очки и неспеша стал их протирать белоснежным платочком:
- Нам ли бояться этих отморозков из Интернета? Этих бойцов не способных вынуть задницу из социальных сетей? Они не придут на выборы. Надеюсь вы слышали про мощное движение, так называемый «нах-нах»?
Все дружно закивали головами и с уважением посмотрели на Чмурова.
- Таки да,- продолжил Чмуров,- мы держим руку на пульсе. И более того, мы держим за горло общественное мнение этой страны,- он слегка понизил голос,- скажу вам, не под запись конечно, что прапорщик госбезопасности Ебцов,- зал неодобрительно зашипел,- да, да, вы не ослышались. Борух Ебцов выполняет важное государственное задание по деморализации возможной внесистемной оппозиции. За успешное выполнение государственного задания представлен мною к награде и следующему воинскому званию: старший прапорщик. Я только что подписал ходатайство перед председателем правительства.
Народ радостно и одобрительно захлопал.
- Вообщем так,- Чмуров стал подводить итоги заседания,- ничего не стесняйтесь, ничего не бойтесь! Полиция и прочие местные органы власти в курсе. Все мы одна команда. Требуемый процент для правящей партии нужно выполнить! А кое-где,- он посмотрел на представителей кавказских республик,- и перевыполнить!
Зал взорвался бурными продолжительными аплодисментами:
- Только без фанатизма товарищи! Помните, максимум может быть всего сто процентов!

В вип-зале кинотеатра « Октябрь» шел закрытый показ « Высоцкого». В зале сидело два человека и тихо разговаривали.
- Как дела Иваныч?
- Все пучком, Леонидыч. Было тяжело, не скрою, но теперь уже все на мази: механизм запущен.
- И никто ни о чем не догадывается?- с удивлением поинтересовался Мудрин.
- Ни сном, ни духом,- подтвердил Мечин.
- Прям не верится, еще недавно все ухо востро держали, а сейчас, с твоих слов, вообще нюх потеряли.
- Именно так, Леонидыч. Вспомни, это ты их постоянно в бок толкал, проблемами грузил. А сейчас некому: В Багдаде все спокойно.
- А стелсы летят бесшумно,- хохотнул Мудрин.
- Это точно,- согласился Мечин,- поэтому рванет, мало не покажется!
- Ну я отплачу этому жалкому коротышке за унижение!- зло проговорил Мудрин,- будет ему такой пенсионный фонд, что дворником никуда не возьмут!
- Да ладно тебе, Леонидыч,- как можно миролюбивее стал успокаивать его Мечин.- негоже тебе обижаться на дурошлепа.
- Нет не ладно!- Мудрин совсем разошелся, что даже перестал шептать,- этот выскочка должен за все ответить сполна! Кто я, а кто он! Пусть знает свое место: грелка ходячая.
Мечин посмотрел на часы:
- Слышь, Леонидыч, мне идти надо. Совещание опять. А ты смотри.
- Не, я тоже пойду. Неохота смотреть эту блевотину.
- Ну давай,- Мечин пожал руку Мудрину,- я первый, ты минут через пять.

Щаранский сидел на ступеньках Высокого Лондонского суда и ждал окончания заседания. Первым выбежал Осиновский, подхватил Льва Натаныча под руку и потащил в сторону своего Майбаха:
- Ну ты Натаныч даешь!- зашептал Осиновский,- тут в зале агентов Кремля как грязи. А ты так просто палишься!
- Да пошли они!- не стал стесняться Лев Натаныч,- поздно пить боржом. Я уже спалился в Москве: повязали суки и выслали меня.
- Скажи спасибо, что живой,- успокоил его Осиновский,- за то что ты трахал его жену, Гоголь тебя запросто бы убил.
- Так и было,- утвердительно кивнул головой Лев Натаныч,- пришлось отстреливаться до последнего патрона. Чудом жив опять остался. Но и Гоголю перепало.
Осиновский с уважением посмотрел на Льва Натаныча:
- Давай. Поедем отсюда. Нечего нам тут торчать, как двум тополям на Плющихе. Рома позже к нам присоединиться.
Они сели в машину и поехали в сторону загородной резиденции Осиновского.
- Пить будешь?- спросил Борис Абрамыч.
- Сроду не отказывался,- согласно кивнул Лев Натаныч
- У меня только «Кристалл»,- Осиновский достал бутылку шампанского и два хрустальных фужера.
- А человеческого ничего нет?- поинтересовался Щаранский, но фужер все-таки взял.
- Кризис, - пожал плечами Осиновский,- и так поиздержался с этим процессом.
- Кстати, как успехи?- решил из вежливости поинтересоваться Лев Натаныч.
Осиновский только махнул рукой, выпил свое шампанское и отвернулся к окну:
- Долго все. Народ перестал ходить. Билеты почти не продаются. Приходится делать большие скидки. А ведь эти суки, адвокаты дерут знаешь как? Попробуй им не заплати только. Вот и верчусь как уж на сковородке! Думаешь, что мы пьем? Новогодний запас. У жены украл, Натаныч! Представляешь? Даже бухло нормальное купить, не могу сейчас себе позволить!- с досады Осиновский бросил пустой фужер в спинку пассажирского сиденья лимузина. Бокал отскочил от мягкой кожи и бесшумно упал на мягкий, покрытый белой овечьей шерстью, пол автомобиля.
- Дела,- многозначительно выдохнул Лев Натаныч, наливая себе еще шампанского.
Оставшаяся часть пути прошла в полной тишине.
rainbowwarrior: (Default)
Печальная встреча.

Наталья стала медленно приходить в себя. Голова сильно болела, в висках стучало молотками, свет резал глаза, которые она еле-еле разлепила. Был уже день. Мужа не было.
Подняться она смогла только с третьей попытки. Держась руками за стену, она прошла на кухню, волоча левую ногу. Все тело ныло и болело. Но среди всей боли она остро чувствовала боль в низу живота. Она посмотрела вниз: так и есть платье было разорвано и нижние белье отсутствовало: этот изверг ее еще и изнасиловал.
Она добралась до бутылки коньяка и выпила целый стакан. Минут через пять боль стала уходить куда-то в сторону, а голова, наоборот, стала проясняться. Мысли вихрем пролетали в голове и складывались в четкий план действий. Перво-наперво нужно было привести себя в порядок.
Уже более твердой походкой Наталья отправилась в душ.
Голову пришлось мыть раз пять, пока стекающая вода из красной не стала прозрачной.
Наталья вышла из душа и посмотрела на себя в зеркало: все тело было одним сплошным синяком, но лицо практически не пострадало, вот только ссадина от попавшей в лицо фотографии. Но ее легко можно было закрыть тоналкой.
«Да, бить он умеет. Профессионал.»- сказала она сама себе.
Спустя час и еще бутылку коньяка Наталья была готова выйти из дома. Она подошла к зеркалу и посмотрела на себя. Все было в норме и даже лучше.
Она прошла к семейному сейфу и выгребла из него все деньги. Взяла оттуда фсбэшное удостоверение, которое ей оформил муж на всякий случай и золотой маленький пистолет.
Наталья дослала патрон в патронник, сняла его с предохранителя и положила в карман пальто.
Она еще немного походила по комнатам, вздохнула и захлопнула за собой дверь: сюда возвращаться она больше не собиралась.

В задумчивости, Щаранский выехал на МКАД и втопил по крайней левой полосе. Опасаться за штрафы ему не приходилось: машина была оформлена на Саломона. Внезапно перед ним появилась задница серого Бентли с надписью: «Единая Россия-партия жуликов и воров». Лев Натаныч вспомнил, что задницу бэхи Саломона тоже украшает надпись: «Путяра пшел вон!» и решил покрасоваться ею перед бентливодом.
Он выжал педаль газа до упора, обошел Бентли справа и слегка подрезав стал тормозить перед его капотом.
- Что прочитал?- спросил он у зеркала заднего вида.
В этот момент Бентли мигнул ему фарами и тоже решил обогнать его справа.
Но Лев Натаныч был начеку и решил не пропускать Бентли вперед и то же шарахнулся на соседнюю правую полосу, едва не задев Бентли задним крылом.
Водитель Бентли решил действовать решительно по всей ширине внешнего кольца МКАДа. Но профессионализм Льва Натаныча нельзя было недооценить. Гонка продолжалась около десяти километров. Машины то ускорялись, пуская дым из под колес, то тормозили, пугая остальных участников движения. За спиной осталось уже несколько аварий, но явный лидер так и не определился.
Первым сдался водитель Бентли. Он мигнул Щаранскому и стал сворачивать к придорожному кафе. Лев Натаныч повернул за ним.
К удивлению Щаранского из Бентли вышел его знакомец Лехаим Обвальный.
- Какие люди!- распростер объятья Лехаим,- что вас занесло в наши палестины?
- Да так, по делам,- неопределенно ответил Лев Натаныч.
- Позвольте Вас угостить,- Обвальный сделал приглашающий жест в сторону забегаловки,- с этой стороны дороги и на глубину десяти километров в сторону области все питейные заведения принадлежат нашей семье.
- Неполживо,- одобрил Лев Натаныч и прошел внутрь кабака вслед за Обвальным.
- Ну как там продажи? Нет отбоя от посетителей, говорят?- поинтересовался Лехаим Обвальный.
- Редкостное пойло эта ваша водка,- рубанул правду матку Щаранский.
- Не могу с Вами не согласиться,- кивнул головой Лехаим,- ингуши такую дрянь гонят, что ее даже нюхать противно.
- Впрочем, бармен в «Матрешке» нашел нестандартное решение,- решил поделиться секретом Щаранский,- он из вашей водки и средства для мытья окон отменные коктейли готовит. Да и детям весело.
- А что это так детей веселит?- заинтересовался Обвальный.
- Да после его коктейлей в течении пары дней если рыгнуть, или, пардон, газы анально выпустить, то радужные пузырики из соответствующего места вылетают.
- Любопытно,- заинтересовался Обвальный, начав строить в голове новый бизнес-план.
Они вошли в помещение кафе, внутреннее убранство которого удивило Льва Натаныча. Кафе было наполнено молодыми людьми в черных кожаных куртках, вскочивших при появление Обвального и выкинувших руку в фашистском приветствии. Обвальный в ответ, кинул им малую зигу.
Стены кафе были увешаны знаменами с свастикой и транспарантами на черном фоне: «Россия для русских!», «Москва для москвичей!»
- Нравится?- спросил Обвальный.
- Неполживо,- кивнул головой Лев Натаныч,- и откуда эти герои холокоста?
- Боевое формирование ПорнАсса,- объяснил Обвальный,- прогрессивная российская молодежь. Не то что чурковские упыреныши.
- Я, наверное что-то пропустил,- сказал Щаранский,- но что такое ПорнАсс?
- Право-оппозиционная радикально-нацианалистическая Ассоциация,- гордо сказал Обвальный,- а мы ее боевое крыло. Вот видите, молодые люди вооружены битами. Отсюда и название бойца- бит. Отряд состоит из восьми человек, включая командира. Соответственно называется байт. Сейчас мы стремимся создать килобайт по всей стране. А в перспективе, будем стремиться к мегабайту.
Лев Натаныч был восхищен увиденным. Он не заметил, как они сели за стол и на столе появилась бутылка самогона «Батька Лука»:
- Настоящий, брайтонский,- похвалился Лехаим Обвальный,- хотя я по лицензии его тут выпускаю то же. Но между нами, по секрету, говоря, это все та же ингушская паленка.
Лев Натаныч и Лехаим опорожнили по первому стакану.
Внезапно черные куртки пришли в движении. Щаранский посмотрел за окно и увидел старую ржавую шестерку, наполненную гастарбайтерами, остановившуюся зачем-то возле трактира.
Молодые ребята выскочили наружу и дружно набросились на таджиков. Бой был неравный, вернее это была бойня. Через пять минут они уже заходили обратно в кафе таща своих скрученных пленников. Трое, за окном заталкивали шестерку во внутренний двор, подальше с глаз.
- Будет чем ребятам развлечься,- довольно сказал Обвальный.
- А чем еще ребята занимаются?- поинтересовался Лев Натаныч.
- Еще мы собираемся мониторить нынешние парламентские выборы и с их помощью положить конец фальсификациям.
- Это как?- удивился Щаранский.
- А так. Ноу-хау наше,- Лехаим раскраснелся от употребленного самогона,- во-первых, у нас есть адреса всех членов избирательных комиссий- будут нарушения, будут потом кости сращивать- народная демократия в действии. Во-вторых, будем мониторить участки от вбросов: вычислим автобус с бродячими выборщиками, отловим их и то же здоровье поправим, чтоб не портили электоральную картину.
Лехаим выпил еще стакан и хлопнул по столу кулаком:
- Хватит быть простым миноритарием,- пора брать власть в свои руки!
Он встал и решил пойти размяться на пойманном гастарбайтере.
Лев Натаныч решил воспользоваться ситуацией и выскользнул наружу.

Президент сидел и читал твиттер наполненный злобными комметариями, после его посещения Журфака МГУ. « Ну и пусть я жалкий!- подумал президент,- а вы все вообще говно!» Его мысли снова отскочили от реальности и стали вращаться вокруг второго срока. Машинально, он стал перебирать телефонный справочник в своем айфоне. Внезапно он увидел имя: Захар Чмушкин. «То что надо!»- хлопнул себя по лбу президент.»Если я ему предложу долю в нефте-газовом бизнесе, в случае моего второго срока, он горы свернет. Но надо встретиться с ним невызывая подозрений.»
- Зоечка,- президент набрал по селектору свою секретаршу,- а пригласите ко мне пожалуйста Тумакову.
- Хорошо Дмитрий Анатолич,- бесстрастно отрапортовала секретарша.
Он вновь погрузился в грезы о втором сроке.
Внезапно на землю его вернул противный звук селектора:
- Слушаю, Зоечка,- отозвался президент.
- Наталья Александровна сегодня на работу не пришла,- стала докладывать Зоечка,- домашний она не берет, а сотовый у нее отключен. Какие еще будут указания?
- Спасибо, Зоечка!- ответил президент, побледнев,- если что, я позвоню.
«Дотянулся проклятый и до нее!»- подумал президент и снова стал выгонять все мысли о втором сроке из головы.

Был уже поздний вечер, когда Щаранский добрался до своего гостиничного номера. Он открыл дверь и насторожился. Хотя в номере было темно, но Лев Натаныч почувствовал, что в нем кто-то есть. Сейчас он очень пожалел, что не взял с собой никакого оружия.
Он решительно включил свет и закрыл за собой дверь. И только после этого он увидел Наталью.
- Погаси свет, Лева,- сказала Наталья.
Щаранский бесприкасловно подчинился.
- Какими судьбами?- спросил ее Лев Натаныч.
- Я ушла от мужа,- выпалила Наталья,- это просто изверг, Лева. Ты многого не знаешь. У него откуда-то были наши фотографии.
- Вроде бы между нами ничего такого и не было,- пожал плечами Щаранский.
- Ты не знаешь, что это за человек. Для него не надо ничего такого. Он меня убьет!
Наталья обхватила лицо руками и заплакала. Щаранский смотрел, как вздрагивают ее плечи в отсвете московских фонарей. Ему стало ее жалко. К тому же, воспоминание о тех трех счастливых днях проведенных ими в Нью-Йорке внезапно остро всплыли в его памяти. Он сел рядом и обнял ее за плечи.
- Полно плакать. Сейчас ты со мной и я никому не дам тебя в обиду.
Щаранский сам не особо поверил в свои слова. Он лихорадочно думал, что ему сейчас делать. С одной стороны, он был на задании и только-только стал прощупывать подходы к русской оппозиции, а с другой он понимал, что встреча с генералом Гоголем теперь уже только вопрос времени. И эта встреча состоится на поле Гоголя и явно не сулит ничего хорошего. А к этой встрече он был не готов, ибо миссия его была чисто наблюдательной.
Мокрые губы Натальи вывели его из задумчивости. Ее поцелуи напоминали ласки маленького щенка. «Будь, что будет!»- решил Лев Натаныч, и полностью отдался Наталье, идя на встречу надвигающейся ночи.
rainbowwarrior: (Default)
Встречи приятные и не очень.

Аэробус из Берлина приземлился в аэропорту Анкары Эсенбога. Дитрих Шмерц прошел все необходимые формальности и вышел из здания аэровокзала. Снаружи его уже ждали. Он сел в Форд «Мондео» на заднее сиденье. В этот момент он превратился в Ивана Сидорова.
- Где наши цели? – спросил он когда машина рванула с места.
- Сейчас намаз. У нас есть еще полчаса, товарищ майор.- доложил пассажир.
- Отлично.- сказал Сидоров, осматривая автомат, - сейчас эти суки за все ответят.
Спустя двадцать минут форд остановился возле неприметной мечети в бедном квартале Анкары. Не прошло и трех минут как двери мечети открылись и мусульмане стали выходить на улицу. Последними вышли трое мусульман, мало отличимых от местных обитателей.
Сидоров открыл дверь форда и вышел на улицу, вытаскивая Калашников из-за спины. Не задумываясь, он выпустил очередь по троице. Они явно не ожидали такого поворота событий. Двое были убиты первыми же выстрелами, а третий попытался выхватить пистолет, но был застрелен тремя выстрелами в упор из Макарова, сделанными пассажиром форда с переднего сиденья. После этого пассажир сделал по контрольному выстрелу в голову всем троим и бросил пистолет на землю.
Сидоров так же бросил свой автомат с разряженным магазином, потом достал из кармана игральную карту- туз крестей и бросил ее на средний труп.
Форд завизжал колесами и сорвался с места, увозя киллеров к центру города.
Сидоров посмотрел на часы:
- Еще и город успею посмотреть,- сказал он, снимая тонкие латексные перчатки и намазывая руки кремом, - останови где тебе удобно, Петя,- сказал он выкладывая на заднее сиденье четыре пачки купюр по сто евро,- ну, расходимся, пацаны.
Сидоров вышел из машины и вновь превратился в Дитриха Шмерца. Спустя секунду «Мондео» растворился в общем потоке автомобилей.

Исламбек Дубаев прогуливался вместе с Гамзаном Тандыровом по саду расположенному во внутренних покоях президентского дворца. Президент был задумчив. Исламбек не спешил нарушать его молчание.
- Гяуры в Анкаре убили Баблоева,- сказал Тандыров.
- Вот суки,- не удержался Чурков.
Тандыров посмотрел на него с упреком.
- Извини,- опомнился Дубаев,- я чисто автоматически.
- Есть информация, что чикист знает, что ты остался жив,- сказал Тандыров,- вся эта история дурно пахнет. И мы влипли в нее по уши.
- Ты опасаешься, что чикист начнет войну перед выборами?- спросил его Чукрков.
- Ты читаешь мои мысли, Исламбек,- ответил президент.
- Этого ты можешь не бояться. Кремль слаб, как никогда и раздираем внутренними противоречиями.- стал успокаивать его Чурков,- погоди, они еще к тебе на перегонки прибегут заручится твоей поддержкой.
- Твоими бы устами, да мед пить,- сказал на это Тандыров.
- Я знаю чикиста вот уже много лет,- продолжил Чурков,- он конечно злобный и мстительный человек, но и трусливый. То что случилось сейчас с Каддафи наложит на него отпечаток. Он бы запил на несколько дней, но сейчас жаркая пора: надо каждый день мелькать в телевизоре.
Тандыров внимательно посмотрел на Чуркова:
- Думаешь пронесет, Исламбек?- спросил он с надеждой.
- Конечно. Надо подождать и хорошенько подумать, как нам разыграть мою карту. Думаю, можно будет разыграть мое похищение. А там посмотрим, как карта ляжет.
- У Кумара то же все просто было. То же думал, что всех за яйца держит. А где он сейчас? Едет в пластиковом мешке на родину.
- Поживем, поглядим,- философски заметил Чурков,- главное, что бы никто не знал, что я здесь у тебя в гостях.
Президент согласно кивнул.

- Хорошо то как, Иваныч!- сказал закутанный в простынь премьер, выйдя из парилки и сделав первый глоток баварского пива из запотевшей кружки.
- Полностью солидарен,- поднял свою кружку Мечин,- хорошо пошла!
Они закусили кусочками здоровенного лобстера.
- Слышь, Владимирыч,- решил не тянуть Мечин,- тут такое дело: в той машине не было Чуркова.
- Как это не было?- изумился премьер,- а кто тогда был? А где тогда Чурков?
- Гоголь работает сейчас с водилой,- но дело непростое. То ли водила в деле был, но молчит, что просто невероятно, зная усердие Гоголя. То ли напротив, не при делах, но его обкололи чем-то. Но пока картинка такая вырисовывается, что террористы были в той машине и на тебя покушение готовили.
- Так что, Чурков- ублюдок, готовил на меня покушение?- разозлился премьер,- вот мразь!
- Погоди кипятиться Владимирыч,- начал успокаивать его Мечин, попутно наливая водку в кружку с пивом,- следствие продолжается. Детали причастности Чуркова, в том или ином качестве, еще не ясны. Следы подельников террористов привели в Турцию. Но люди Гоголя взять их живьем не смогли. Так пришлось завалить.
Премьер успокоился и выпил половину кружки ерша:
- Классно набадяжил, Иваныч,-похвалил он Мечина,- при демократии сможешь барменом работать в портовом кабаке. После отсидки конечно. Нет, ну если живым выйдешь,- не весело пошутил премьер.
Мечин решил не отставать и ответить в том же ключе.
- Твой товарищ по велосипеду, Сруля, тьфу бля, Чебурашка, ну епта, вообще из-за твоих дурацких шуток, Володь, мысля в землю ушла,- замотал головой Мечин,- короче твой ручной президент не отказался от желания пойти на второй срок.
- Да и хуй с ним!- отмахнулся премьер,- кого ебет чужое горе? Его амбиции и желания никого не интересуют. Я еще подумаю, делать ли его премьером или лучше, как и сперва хотел, Мудрина на эту должность позвать. Он человек серьезный, не то что этот вечный студиозус,- премьер презрительно сплюнул на пол,- плесни ка еще твоего коктейльчику, Иваныч. Уж больно хорошо забирает. Расслабиться мне сейчас не помешает.
Премьер на секунду закрыл глаза и тут же перед ним всплыла сцена расправы с Каддафи. Он быстро открыл глаза и одним глотком опорожнил полкружки ерша.
- Впрочем, ты как всегда прав, Иваныч. Расслабляться никак нельзя сейчас.
Мечин понял, что схватил удачную волну.
- Есть еще версия, что все это была инсценировка убийства Чуркова, но как бы понарошку.
- Это как и для чего надо?- насторожился премьер.
- Все в рамках второго срока профессора. Есть версия, что Чурков сейчас колесит инкогнито по окраинам и подбивает губеров вписаться за второй срок действующего президента. А потом воскреснет. Христосик долбанный!
Премьер на всякий случай перекрестился и с плохо скрываемым испугом посмотрел на Мечина.
Мечин решил выложить последний козырь. Он выложил на стол несколько отфотошопленных фотографий очень плохого качества, где были запечатлены президенты и Пинченко на фоне природы.
- Не знаешь, что у них может быть общего, Володь?- дружеским, полным сочувствия тоном спросил Мечин.
Премьер взял фотографии и посмотрел на них достаточно пристально, отрицательно качая головой. Он совсем потерял самоконтроль: кожа его побелела и обвисла. За весь оставшийся вечер он больше не проронил ни слова, а только пил ерш до тех пор пока не потерял последнюю сознательность и не захрапел, развалившись на палатьях.
Ему снился сон: они шли строем, все как один герои-единороссы. Под ногами были города и веси, они шли чеканя шаг. Внезапно, премьер увидел, что у него развязался шнурок, он не успел даже подумать, как споткнулся и начал падать. При этом он стал уменьшаться в размерах, а города и дома стали расти ему на встречу, над ним стали пролетать подошвы его недавних соратников, так и наровя наступить и втоптать в грязь.
Внезапно он упал на песок и потерял сознание на какой-то миг. Он открыл глаза и осмотрелся: на нем был белый китель с золотыми погонами. Он был в черных очках и почему-то кудрявый. «Я- Каддафи,»- догадался премьер.
К нему подошел мальчик. Премьер узнал Никиту и попытался помахать ему рукой. Никита улыбнулся ему в ответ и наклонился к тележке, которую тащил за собой. Оттуда появился калаш. Мальчик садистки усмехнулся, показав звериный оскал американского империализма и разрядил весь магазин в тело премьера. Вместо крови на его белоснежном кителе стали появляться черные нефтяные пятна.
Внезапно перед ним возник образ Пинченко. « Чего ты творишь, Вован!- закричал на него Пинченко,- мы все это должны продать на Западе! Клиенты ждут! Я договорился по хорошей цене! А ты все в землю пускаешь!» Он тыкал пальцем в сторону ран из которых на землю текла и текла нефть. Чем больше ее вытекало, тем легче становилось премьеру.
И вот он снова взлетел, протыкая время и пространство. Теперь он был в иностранном аэропорту. Он подошел к таможеннику, стоящему к нему спиной. Таможенник повернулся к нему лицом: это оказался Джон Маккейн. Он достал какую-то книгу «Враги России» Е. Чирикова",- прочитал он на обложке . Маккейн больно толкнул его в грудь пальцем: «Ю-ноу!»- покачал он пальцем перед его носом. Откуда не возьмись прилетели два черных ангела в эсесовской форме и подхватили его под руки и потащили из света в темноту. Последнее, что он увидел, это было смеющееся лицо Маккейна затмившее собой небо: "Гуд бай!» махал ему рукой Маккейн,- "Аста ла виста, Беби!".
Премьер погружался в абсолютную темноту…
rainbowwarrior: (Default)
Чем дальше, тем хуже.

Дитрих Шмерц ощутил вибрацию сотового телефона, это была смска. Он поехал в русский квартал искать Интернет кафе. Через пятнадцать минут на своей страничке «Вконтакте» под именем Иван Сидоров он получил зашифрованное задание: предстояла командировка в Стамбул.

Лев Натаныч уютно устроился на кухне Саши Перельмана. На столе стояла бутылка скотландского уиски и рижские шпроты. Щаранский заметил в комнате Саши гитару и не удержался от того, что бы не взять ее в руки. Вот так с гитарой на коленях, Лев Натаныч сидел на табуретке на московской кухне и ностальгировал:
- Изгиб гитары жолтой,- ударил Лев Натаныч по струнам и отложил гитару в сторону.
Саша Перельман был уже изрядно под хмельком.
- Говорят это не Чурков взорвался в машине Чуркова,- доверительно сказал он, еле ворочая языком.
- А кто?- поинтересовался Лев Натаныч.
- А кто ж теперь это разберет?- пожал плечами Саша Перельман,- только, тсс, это по большому секрету.
- Горохов заказал Чуркова?- поинтересовался Щаранский.
- Горохов?- Саша Перельман состроил призрительную мину,- слился Горохов. Зассал! Попыхтел, попыхтел немного, а потом сильно пожалел, что высунулся со своим языком и спрятался на своем Ы-заводе. Не это не он!- Саша Перельман отрицательно замахал руками едва не упав со стула.
Лев Натаныч его удержал и налил ему и себе еще по полстакана:
- Что еще в вашей дыре говорят?
- Всякое говорят,- пожал плечами уже сильно пьяный Перельман,- кровь будет! Истинный крест, говорю: кровь нынче польется!- Саша Перельман неуклюже и неправильно перекрестился и добавил для убедительности,- бля буду!- после чего с грохотом обвалился на стол и захрапел в тарелке со шпротами.
Щаранский понял, что ловить ему тут больше нечего, вышел из квартиры, захлопнув за собой дверь. В этот момент ожил телефон, голосом Булата Окуджавы:
- Привет, Лео,- это был Дэвид Петреус.
- Привет Дейви,- Лев Натаныч стал спускаться в низ по лестнице.
- Как там? Развлекаешься? Контакт состоялся?
- Да,- ответил Щаранский.
- И как твое впечатление?
- Факен шит!- почему-то по-английски ругнулся Щаранский,- из этого ничего не выйдет. Тряпка!
- Попытка не пытка, Лео.- стал успокаивать его Петреус,- отрицательный результат тоже результат. Там у вас события всякие интересные происходят.
- Ты про взрыв Чуркова?- поинтересовался Щаранский.
- Угадал,- даже не удивился такой проницательности Дэвид Петреус,- побудешь еще немного там. Посмотришь на все сблизи?
- Окей,- согласился Лев Натаныч,- чую, что что-то случиться должно. Кстати, это не Чурков был в машине. Это игра чикистская какая-то.
- Тем более, тебе будет чем заняться. Тут еще такое дело. Контрразведка доложила, что русские следили за Тумаковой и ты попал в их поле зрения. Имей в виду, если что.
- Спасибо, Дейви,- поблагодарил его Щаранский,- Бай!
Связь на этом завершилась.
Лев Натаныч в задумчивости вышел из подъезда и сел в машину. Он решил немного поездить по округе, осмотреться, а заодно и подумать о сложившейся ситуации.

Саломон проснулся от ударов дубинкой по прутьям решетки. Жирный полицай играл на них как на арфе:
- С добрым утром, Саломоша!- осклабился полицай.
- Что шумишь, Петрович?- спросил его Саломон Хайкин.
- Начальство с верху дерективу спустило. На почитай,- полицай протянул Хайкину бумагу сквозь решетку,- суровая рука рынка дотянулась и до нас.
- Прайс-лист по услугам изолятора временного содержания,- начал читать вслух Саломон Хайкин,- Что это Петрович?
- Короче хочешь, чтоб тебя отпиздили, плати сотню баксов. А хочешь, наоборот, целым остаться, плати тристо.
- А если я не хочу?- спросил Саломон Хайкин.
- Чего не хочешь?- переспросил полицай.
- Ну не хочу ни того, ни другого,- объяснил ему Саломон.
- Это как?- изумился полицай,- не хочешь, чтоб тебя пиздили и одновременно хочешь?
- Какой ты темный Петрович,- вздохнул Саломон Хайкин, - совсем мозги пропил.
- Но ты смотри! Ты этого того!- полицай погрозил Саломону дубинкой,- смотри а то бесплатно отоварю! Ладно. Я с начальством поговорю.

Наталья Тумакова вошла в квартиру и закрыла за собой дверь. Внутри было темно, хотя машина мужа стояла на стоянке. Наталья включила свет, сняла пальто и переодела обувь.
Муж сидел на кресле и рассматривал какие-то фотографии. Едва Наталья вошла в комнату муж встал и швырнул их ей в лицо:
- Что скажешь, сука!- злобно прошипел генерал Гоголь. Одна фотография попала неудачно, скользнула ребром по щеке, оставив кровавый подтек.
Наталья искоса взглянула на фото: на них была запечатлена она со Щаранским в Нью-Йорке. «Это конец!»- мелькнуло в голове у Натальи, когда она ощутила удар в голову. Следующий удар был в солнечное сплетение. У нее перехватило дыхание, из глаз посыпались искры. Муж толкнул ее и она полетела через всю комнату.
- Я из тебя человека сделал! Вывел тебя в люди! Увез тебя из той дыры, того кишлака в котором ты овцам хвосты мыла! – он наносил удары ногами куда попало, без всякого разбора. Наталья вся сжалась, свернулась в клубок и приготовилась к худшему.
- Тебе все по хуй!- продолжал орать генерал Гоголь,- ты выставила меня посмешищем перед сослуживцами! Ослом рогатым!
Удар пришелся Наталье в район виска. Вещи в комнате поплыли у нее перед глазами. Спустя несколько секунд, сознание ее окончательно покинуло.
rainbowwarrior: (Default)
Тучи над городом стали…

Щаранский подъехал к зданию суда, в котором должно было рассматриваться дело Саломона Хайкина. Опытным взглядом он заметил напряженную группу стоящую несколько в стороне. «Что-то будет»- подумал Лев Натаныч и прошел внутрь здания.
Он быстро нашел зал заседания и занял место в заднем ряду около выхода. Через полчаса в наручниках в зал ввели Саломона Хайкина.
Саломон выглядел ужасно: все лицо его было похоже на котлету из привокзальной забегаловки, челюсть перевязана каким-то грязным капроновым чулком.
Судья углубился в чтение материалов дела Саломона. В тишине зала было слышно подозрительное бульканье. Закончив чтение, судья удовлетворенно крякнул:
- Что ж мне все ясно,- констатировал судья,- Саломон Хайкин, у Вас есть что сказать суду?
Саломон замычал и начал делать какие-то пассы скованными руками. Судья посмотрел на Саломона:
- Что это с Вами голубчик? Не можете говорить? Простуда? ОРЗ? Пятнадцать суток административного ареста приведут вас в подобающую форму,- судья стукнул молотком по столу,- Следующий!
Конвоиры схватили Саломона и выволокли его в коридор. Лев Натаныч встал и покинул зал заседаний. Краем глаза, он увидел, как вместе с ним выскользнул еще один человек. Щаранский решил за ним проследить. Человек вышел из здания суда и сделал знак стоящий в отдалении группе.
Группа мгновенно перешла к действиям. Как из под земли в руках появились плакаты с разными антиправительственными лозунгами, которые они стали выкрикивать на всю улицу:
- Свобода Саломону Хайкину! Долой бассманное правосудие! Путяра пшел вон!
Откуда ни возьмись появились корреспонденты с фото и видеоаппаратурой и начили снимать происходящее. Однако ОМОН не заставил себя долго ждать: в полной амуниции полицаи набросились на мирных демонстрантов и стали их избивать. Все происходило молниеносно: хорошо подготовленная группа демонстрантов бросилась в рассыпную оставив на тротуаре лужу заранее приготовленной крови, которую радостно начали снимать иностранные фотокорреспонденты.
Щаранский незаметно решил проследить за организатором акции.

Два мужчины в штатском, но явно военной выправки сидели в придорожном кафе и невинно пили кофе, разбавляя процесс неспешным разговором:
- Слышь Иваныч, эксперты накопали, что мужик в той машине был вовсе не Чурков. Я пока инфу засекретил, а дальнейшие экспертизы заморозил, пока с тобой не посоветуюсь.
- Опаньки,- удивился Мечин,- выходит наебали овцеебы,- он покачал головой от досады.
- Слышь Николай,- сказал Мечин после небольшой паузы,- а как там твоя берлинская группа поживает?
- Парни наготове,- отчеканил генерал Гоголь,- ждут приказа.
- Давай поручим их наказать овцеебов. Такие шутки прощать нельзя. А заодно, пусть найдут, где скрывается Чурков. Но трогать его пока не будем. Может еще и пользу какую с этой истории поиметь можно.
Гоголь кивнул головой в знак согласия и стал набирать какую-то смску.
- Да,- продолжил Мечин,- водилу этого мудака закрой, чтоб никто не мог к нему подобраться и поработай с ним, глядишь, что и выясним.
Гоголь кровожадно улыбнулся:
- Будет сделано.
Мечин пристально посмотрел на Гоголя, как-будто что-то пытался решить для себя, потом достал из портфеля конверт и протянул его Гоголю:
- Посмотри на досуге. Помни, я всегда останусь твоим другом.
Мечин встал из-за стола и вышел из кафе. Спустя несколько секунд его машина на всех парах неслась к Москве.

Чурков открыл глаза и осмотрелся вокруг. Первая мысль, которая пришла ему в голову была: «Вот это меня торкнуло», вторая, то же вполне традиционная: «где я?», затем пришла догадка, что если он еще по эту сторону света, то значит все из-за наркотиков, последним пришло раскаянье и желание начать новую жизнь с ближайшего понедельника.
Внезапно на стене ожил большой экран, шел экстренный выпуск новостей. Дикторша взволнованным голосом говорила о ДТП в котором погиб замглавы администрации Вячеслав Чурков. После показа новостей экран снова погас:
- Что за бред!- вслух сказал Чурков и попытался подняться.
- Вот такие дела, брат!- сказал Гамзан Тандыров и подошел к кровати,- лежи пока, врач сказал, что тебе еще рано вставать.
И правда, Чурков почувствовал головокружение и подкативший к горлу комок.
- Эти гяуры тебя заказали,- начал объяснять ему Тандыров,- хорошо хоть, что это оказались наши люди. Пришлось действовать быстро, хотя, может и не совсем гуманно. Впрочем ты жив. И то хорошо.
- Кто, кто меня заказал?- начал злиться Чурков.
- Спокойно, Исламбек, тебе не надо нервничать,- стал его успокаивать Тандыров,- заказ пришел от людей Мечина, вот что нам известно.
Чурков задумался.
- Давай отдыхай брат,- похлопал его по плечу Тандыров,- врач сказал, что через сутки ты придешь совсем в норму. Вот тогда обо всем и поговорим.
Тандыров встал со стула и, не оборачиваясь, вышел из комнаты.

Щаранский нагнал молодого человека на автобусной остановке и решил с ним познакомиться по-ближе:
- У вас закурить не найдется?- бесхитростно спросил он.
- Простите, я не курю,- ответил молодой человек.
- Я то же,- сказал Лев Натаныч,- я видел как вы мастерски руководили акцией по поддержке Саломона, вот и решил с вами познакомиться. Щаранский Лев Натаныч,- протянул он руку молодому человеку с обезоруживающей улыбкой.
- Перельман Александр, но можно просто Саша,- к своему удивлению подался очарованию Щаранского Саша Перельман.
- А не тот ли Вы Саша Перельман, который работал с Гороховым и Саломоном в «Правой партии»?
- Да, это я и есть. Мы давно знакомы с Саломоном. Именно я и присоветовал Горохову привлечь Хайкина в свою партию, что, собственно ее и погубило в итоге.
- У меня тут автомобиль недалеко,- сказал Лев Натаныч,- давайте я Вас подвезу.
Саша Перельман согласился.

- Вот и прекрасно,- от удовольствия потер руки Мудрин, узнав от Мечина, что Чуркова не было во взорванной машине,- это лишний козырь в наших руках. Я бы даже сказал не просто козырь, а молоток, которым мы по очередно будем забивать гвозди в крышку гроба тандема.
Мечин не определенно пожал плечами и вопросительно посмотрел на Мудрина
- Ну ты что Иваныч?- удивился Мудрин его непонятливости,- нам надо поссорить всех со всеми на этом этапе. И смотри, что у нас получается. Первое, пускаем инфу, что президент не отказался от идеи второго срока и тайно от премьера работает в этом направлении. Для этого он состряпал аферу с взрывом машины Чуркова. Чурков работает сейчас полностью на президента. Кроме того на стороне президента кавказцы. Второе, собственно взорванная машина. А что если смертник собирался подкрасться к премьеру таким образом? Догоняешь?
Мечин заулыбался такому раскладу.
- Точно. Проще премьера замочить и путь к трону свободен и руки развязаны!- восхитился Мечин.- но тогда вся тень ложится на кавказцев.
- Правильно,- согласился Мудрин,- но это побочный продукт. Нужны какие-то доказательства связи президента и Пинченко. И это будет последним аккордом.
- Это не реально,- отрицательно покачал головой Мечин,- они малознакомы.
- Это не имеет значения,- ответил Мудрин,- главное накрутить премьера. Ты же знаешь его мнительность. В зависимости от ситуации сойдет даже грубая подделка.
Мечин согласно кивнул головой:
- Накалять надо постепенно. Я обдумаю все детали.
- Давай Иваныч, Родина на тебя смотрит,- подбодрил его Мудрин.
rainbowwarrior: (Default)
Гейм Овер!

Открытие первого съезда «Правой партии» было намечено на среду, однако партийцы с регионов стали приезжать уже в понедельник: Горохов не поскупился на культурную программу. Этим и воспользовался Хайруллин, надоумивший Бакланова провести открытие съезда днем во вторник.
- Начальство не довольно поведением Горохова,- убеждал его Хайруллин,- Вам надо брать партию в свои руки, Андрей Владимирыч.
Бакланов молчал, выжидая, что ему могут предложить взамен участия в этой грязной игре.
- Знаете, участие в этом мероприятии моей партии, мне обошлось очень не дешево.
Хайруллин понимающе кивнул головой:
- Как я Вас понимаю,- сказал он чисто для поддержания разговора.
- И что мне делать с Вашим пониманием?- Бакланов решил пойти в наступление: чутье ему подсказывало, что его позиции сейчас как никогда сильны.
- Я могу гарантировать Вам поддержку руководства,- начал мямлить Хайруллин.
- Парниша, после прошлой нашей встречи, я потерял конкретные деньги,- бакланов становился все тверже,- и сейчас вам решать, делаем мы бизнес или нет.
- Я так не могу, я должен все перетереть с шефом,- все дальше и дальше отступал Хайруллин.
- О кей,- пошел на перимирее Бакланов,- как говорится, «утром деньги, вечером стулья, вечером деньги, утром стулья». Буду ждать вашего звонка: нет звонка и денег, целуйте своего Горохова и дальше.
На этом встреча завершилась и Хайруллин отправился в Кремль на встречу с Чурковым.

- Как план «Б»?- с порога спросил его Чурков. Он был крайне бледен и нездоров.
«Ломает чувака не по детски»- отметил данное обстоятельство Хайруллин.
- Не все так гладко. Бакланов ломается, как девчонка,- ответил Хайруллин.
- Какого хуя ему надо? Мы его из грязи вытащили, а он еще и ломается!- сорвался Чурков,- вот гнида!
- Денег хочет срубить за аренду партии,- пожал плечами Хайруллин,- в чем-то я его понимаю. Да и наше положение сейчас не самое лучшее, чтоб диктовать условия.
Чурков задумался и нервно заметался по кабинету. Хайруллин, втихаря, наблюдал за ним. Спустя пару минут Чурков остановился:
- Ты прав. Мы не в том положении, чтоб диктовать свои условия. Соглашайся на все, но что б никакой «Правой партии» через сутки не было.
- Хорошо,- не стал возражать Хайруллин.

Саломон Хайкин, сидя в баре на фуршете, устроенным Гороховым, заметил необычное движение среди делегатов. Старые партийцы о чем-то перешептывались и отводили от него глаза.
Саша Перельман постучал ножом по ножке рюмки, наполненной водкой:
- Господа, замечательное известие. Примадонна нашей эстрады, несравненная Аллаборисовна, присоединилась к нашей партии!
В зале раздались жиденькие аплодисменты.
В перерыве Саломон Хайкин подошел к Саше Перельману:
- Что-то намечается.- сказал он,- я чувствую скорый арест.
- Что ты говоришь?- удивился Саша Перельман.- Все складывается так удачно.
- Слишком удачно. Не кажется тебе? Карлики только не отсосали у Горохова, а он их сейчас поносит на каждом углу. Нет ли в этом диалектического противоречия?
- Фигня! Кремль слаб,- отмахнулся Саша Перельман,- у них сейчас идет грызня за главный портфель. Я слышал краб в жопе.
- Ну, ну,- усмехнулся Саломон Хайкин,- история нас рассудит. Но я бы рекомендовал тебе поставить в курс Горохова.
- Я подумаю над твоими словами. Съезд откроется только послезавтра. Время еще есть. Разведаешь что-нибудь конкретное, сообщи.
Перекур на этом закончился и фуршет продолжился стриптизом.

Следующее утро началось с незапланированного заседания партии. Саломон Хайкин попытался проникнуть в зал, но это ему не удалось. Улыбчивая девушка взяла его приглашение и протянула сидящему рядом Хайруллину. Он просто его порвал со словами:
- Вы больше не делегат съезда «Правой партии». Это изначальное недоразумение я только что исправил.
- Вот оно как,- сказал Саломон Хайкин и показал Хайруллину фак,- получи кремлевский выкормыш!
Саломон пошел искать Сашу Перельмана.

Заседание продолжалось минут двадцать. После этого двери открылись и заинтригованных корреспондентов пригласили на пресс-конференцию.
- Уважаемые господа!- начал пресс-конференцию Бакланов,- мы пригласили Вас, чтобы уведомить о решении съезда «Правой партии». Единогласно принято решение исключить из нашей партии Михаила Горохова и Саломона Хайкина, как не соответствующих духу и взглядам нашей партии!
Зал взорвался общим гулом. Это была сенсация, которая пошла в прямой эфир всех ведущих мировых агентств. Журналисты пытались задавать вопросы, но Бакланов спешно покинул трибуну. На его место вышел Хайруллин и поднял руку, призывая зал к тишине.
- Господа, мы готовы ответить на все ваши вопросы, заданные письменно и переданные в секретариат.
Хайруллин спешил быстрее покинуть сцену и догнать Бакланова. Но он не успел: Бакланов прихватил с собой партийную кассу вместе с зарплатой платных сотрудников и всю партийную документацию и скрылся в неизвестном направлении.

Горохов, тем временем, водил корреспондентов по Ы-заводу, рассказывая про производство Ы-мобилей. К нему подошла очаровательная референт, из числа путешествующих с ним по европейским курортам и что-то прошептала ему на ухо. Горохов слегка изменился в лице, извинился перед съемочной группой, сказал, что будет через две минуты и больше не появился.
Съемочная группа провела на заводе еще несколько дней, пока ее не вывел с территории отряд вневедомственной охраны.

Стремительным домкратом, Горохов вошел в банкетный зал, где мирно ужинали Саломон Хайкин, Саша Перельман и их сторонники, не пожелавшие покидать оплаченный отель после закрытия партсъезда.
- Что тут, блядь, происходит?- заорал Горохов на весь зал.
- Присаживайтесь, Михал Дмитрич,- Саша Перельман подвинул ему стул,- нервные клетки не восстанавливаются,- он протянул ему полный стакан водки и дольку лимона.
Горохов залпом опустошил стакан, занюхал лимоном и бросил его в угол зала.
- Так может мне, кто-нибудь мне толком объяснить, что здесь произошло?- спросил он более примирительным тоном.
- Все кончено,- сказал Саломон Хайкин,- путяра нас переиграл.
- Как? Мне обещали! И Дмитрий Анатолич и Владим Владимирыч!- запречетал Горохов,- вот у меня и медаль есть, которую сам премьер подарил.
- Ну и сунь ему ее в задницу теперь,- буркнул Саломон Хайкин.
Горохов налил себе еще один стакан и выпил его так же залпом.
- Я знаю,- язык его стал немного заплетаться,- это все Чурков. Кукловод хуев. Ну ничего. Я ему устрою кузькину мать! Он у меня попляшет еще!
Горохов налил себе третий стакан, выпил на одном дыхании и обвалился на пол, как башня торгового центра.

После трех недель болезненного воздержания Чурков наконец смог позволить себе две полноценных дорожки. После употребления этой магистрали он снова пустился в пляс под «Черные глаза» на ковре, усыпанном денежными купюрами. Жизнь, в целом, удалась. Ему даже польстило упоминание о нем Гороховым, как о главном кремлевском кукловоде. Он еще не знал, что тучи над его головой начали сгущаться: за дело взялись совсем другие силы.
rainbowwarrior: (Default)
Премьер, вице-премьер и президент собрались в кабинете у президента в Кремле. Премьер сел на президентское кресло и провел пальцем по столу, стирая невидимые пылинки: «Ничего, ждать осталось не долго. Скоро вернусь.»- подумал премьер. В слух сказал, как-бы между прочим:
- Весной ремонт надо будет сделать. Обстановочку подновить.
Президент сглотнул набежавший к горлу ком.
Вице-премьер включил запись:
- Полюбуйтесь, какой-то полуобдолбанный актеришко самопровозгласил себя кандидатом на президентский пост от РПЦ и выступает с «Доктриной 14 88»- полная ахинея.
- А что Кирилл?- поинтересовался премьер.
- Он не в курсе всего этого балагана,- ответил вице-премьер,- когда-то этот хер работал в его ведомстве, но был выгнан то ли за блядство, то ли за пьянку, то ли за то и другое сразу.
- Не знал, что за это из попов выгоняют. Всегда думал, что это для них норма,- хохотнул премьер.
- А вот наш дружок Горохов в каком-то Мухосранске поносит вертикаль и партию жуликов и воров. Полюбуйтесь,- вице-премьер прибавил звук
«…в настоящее время именно Кремль крышует коррупцию! Государство, благодаря деятельности тандема, превращено в ЗАО «РФ», обслуживающее интересы горстки людей, именуемой кооперативом «Озеро»!»
Вице-премьер выключил телевизор:
- Ну и далее все в таком же духе.
Президент сидел весь красный, ему очень хотелось, как в детстве залезть под стол и сказать всем: «я в домике!»
Премьер напряженно молчал нервно поигрывая авторучкой. После театральной паузы он спросил:
- Что скажешь, Дим?- тон его был внешне спокоен, но президент знал, что это не сулит ничего хорошего.
Президент молчал, потупив взгляд в стол.
- Я разберусь,- смог он с трудом выдавить из себя,- я отолью ему в граните.
Премьер его перебил:
- Дим мы тебе вроде поручили партию для парламента создать, так?
- Так,- понуро сказал президент, а сам подумал: «Вот сейчас начнется!»
- Так какого хуя ты все опять пустил на самотек?- премьер орал на весь кабинет,- Что это, блять за клоуны у тебя в президенты лезут? На хуя этот мудак, Горохов, несет дерьмо? Кто ему такие речи пишет?
Президент престыженно молчал. Гнев премьера спал так же быстро, как начался.
- Надо горло смочить,- буднично сказал премьер,- Иваныч, у тебя есть что-нибудь с собой?
- Конечно,- Мечин достал фляжку.
Премьер сделал приличный глоток и немного успокоился:
- Ты, Дим можешь обижаться, дело твое, но следующим президентом опять буду я. Все хватит. Я и так натерпелся за последние четыре года. Ты знаешь, я не злоблив, но у всего есть свои границы. Ты хоть сам отдаешь себе отчет в своей никчемности?- премьер снова начал заводиться,- Вот скажи, чего ты хорошего сделал за время своего президентства?
Президент осмелел, поняв, что премьер не шутит и никакого второго срока ему не видать:
- Я войну с Грузией выиграл, науку поднимать стал, демократию развивать.
Мечин заржал в голос, оставив всякую субординацию.
- Аника-воин,- подхватил его премьер,- ладно, чего уж сейчас терки с тобой тереть. Видать самому все в очередной раз разруливать.
Премьер достал телефон и набрал Чуркова. Он не стал здороваться, а был по-военному краток:
- Слышь, Асланбек, у тебя что от наркоты башню совсем снесло? Что за хуйня у нас тут творится? Я для чего тебя на идеологию поставил, что б ты со своим люберецким дружком малолеток по лагерям трахал?
Присутствующие поняли, что Чурков на том конце провода пытается оправдаться.
- Мне плевать на все твои объяснения,- перебил его премьер,- сроку неделя, чтоб весь этот предвыборный балаган был закончен, иначе вернешься в горы овец ебать и дальше!
Премьер повесил трубку:
- Вот так, Дим, руководить надо, а не отливать жидко в граните! Вот увидишь, через неделю этого мудака Горохова никто и не вспомнит.

Вячеслав Чурков сидел весь белый как порошок, которым он увлекался последнее время. Наезд премьера был вещью серьезной, который нельзя было игнорировать. Он набрал Рафката Хайруллина:
- Рафкат, чего там твой за самодеятельность устроил? Я сейчас сверху из-за тебя таких пиздюлей отгреб! Все, три дня срока, и чтоб ни Горохова, ни «Правой партии», чтоб никто и вспомнить не мог.
- Переходим к плану «Б»? – переспросил Рафкат.
- А что за план «Б»? – переспросил Чурков.
- Мы же с Вами подготовили план мероприятий, на случай внезапной ликвидации партии,- напомнил Хайруллин, но Чурков ничего не помнил.
-Действуй, время пошло!- дал команду Чурков.
rainbowwarrior: (Default)
Не раскачивай лодку…

Горохов окончательно решил начать свою игру:
- Хорошо, Саша, предлагай, как нам обустроить «Правую партию»?
- Вам нужен сподвижник, который привлечет с собой электорат. Предлагаю пригласить в партию писателя и поэта, демократа, а ныне диссидента, борца с режимом Саломона Хайкина.
- Блин,- опешил Горохов,- я обещал в Кремле, что не будет в партии никаких маргиналов.
- Опять Вы про свое!- возмутился Саша Перельман.- Я думал, что вы четко определились и теперь Вы диктуете правила. Саломон Хайкин привлечет к партии и внимание и уважение и дополнительные слои избирателей.
- Конечно своя игра. Тут двух мнений быть не может. Но Саломон Хайкин? Как-то не комфортно мне.
Саша Перельман достал заранее подготовленный пресс-релиз:
- Почитаем заголовки оппозиционной прессы. Коммунисты: «Правая партия»- подстилка Кремля, жириновцы- «Горохов- шут гороховый, Петрушка в руках Чуркова», эсеры- «к гадалке не ходи: «Правая партия» шестерка на подхвате у жуликов и воров. И так далее. Что скажите сейчас, Михал Дмитрич?
- Согласен,- вынужденно кивнул головой Горохов.- веди.

Появление Саломона Хайкина в партии не осталось незамеченным никем: оппозиция стала присматриваться с надеждой к «Правой партии», в Кремле все застыли в недоумении.

- Что он себе позволяет!- Чурков бегал по кабинету из угла в угол.
- Я ему говорил, предупреждал, что он нарушает все договоренности,- сказал Хайруллин,- но он сейчас меня не слушает. Пляшет под дудку этого еврея Перельмана. Вот и съезд на осень назначил. Я ему говорю, что с тобой согласовать надо, а он меня на хуй послал. Вместе с тобой кстати.
- Что так просто взял и послал?- у Чуркова кровь прилила к лицу.
- Да, так просто взял и послал. Говорит мне, передай своему дружку овцеебу, пусть маму свою учит.
Чурков взревел от негодования:
- Пиздец ублюдку! Сотру в порошок! В тюрьме сгною! Сука!
- А меня обещал из партии на съезде осенью выкинуть! Я тебя, говорит, стукачек, по-любасу зачищу.
Чурков от злости решился дара речи и потерял всяческий самоконтроль. Не смотря на присутствие Хайруллина, он вытащил из стола пакетик белого порошка, насыпал три дорожки на портрет Путина, свернул в трубочку пятитысячную купюру и втянул их носом одну за другой.
Минут через пять он начал успокаиваться:
- Будешь?- спросил он Рафката Хайруллина.
- Я бы лучше выпил,- ответил он.
Чурков ткнул пальцем в сторону книжного шкафа.
- Возьми там чего-нибудь сам.
Рафкат подошел к шкафу-холодильнику, открыл створку и налил себе стакан текилы и выпил не закусывая.
- Наверх докладывать пока не будем,- подытожил Чурков,- сами разберемся. Запускаем запасной вариант.

Православный артист Иван Хлестаков, побывавшей в своей жизни по кругу артистом, пьяницей-наркоманом, пациентом психбольницы и попом, сейчас находился снова в стадии популярного артиста плавно перетекавшей в стадию хронического алкоголизма, открыл глаза и уставился в потолок. Его мысли вращались вокруг собственной жизни: накануне его пригласили в администрацию президента с совершенно неожиданным предложением- ему предложили баллотироваться на должность президента России и обещали всяческую поддержку. На радостях, Хлестаков закатил вечеринку, где объявил, что начинает президентскую гонку, напился вусмерть и вырубился. Бесчувственное тело кандидата в президенты номер один, друзья доставили до дома и бросили на пороге.
« А чем я хуже Ельцина,- думал Хлестаков,- даже больше: мое имя должно быть в одном ряду с Рональдом Рейганом и Арнольдом Шварценеггером.»
Хлестаков встал и, покачиваясь, отправился в ванную приводить себя в порядок. По дороге он запнулся о какой-то портфель. В сердцах он его пнул – из него вылетели какие-то бумажки и упали на пол коридора. Придя в себя после доброй порции уиски, он вспомнил, что в этом портфеле лежит его президентская предвыборная платформа и график выступлений на телевидении. Артист он был хороший, хоть и пьющий, к тому же на пике популярности, так что ему легко удалось войти в роль. Тем более, что спонсором его была назначена одна именитая сотовая компания.

- Что за «еб твою мать»,- ревел Горохов на собрании партактива,- почему какой-то мудацкий актеришко так легко может лезть в президенты этой страны?
- А что, собственно Вы голубчик так распаляетесь?- интеллигентно спросил его Саломон Хайкин,- ну лезет и лезет. И что? Ведь все-равно не влезет. И ежу ясно, что следующим будет Путин.
- Как что, я деньги заплатил вот за это,- Горохов потряс папкой с партийными документами,- все лучшее активы, по совету этих мудаков продал!
- А что Вы собственно хотели получить, когда сели играть с этими кремлевскими шулерами?- снова спросил Саломон Хайкин.
- Так ведь мне обещали!- Горохов стал стихать,- ведь я же.- он остановился на полуслове.
- Не простой быдлос,- закончил его мысль Саша Перельман,- что ж, Вы просто дорого заплатили за учебу. За то вы сейчас точно знаете, что для кремля вы равный среди равных.
- Я так просто не сдамся,- сжал кулаки Горохов,- я им такое устрою. Они на долго запомнят эти выборы.
Саша Перельман и Саломон Хайкин просто пожали плечами и воздержались от комментариев.

Премьер стоял на краю пляжа и перед телекамерами беседовал с археологами, копошащимися в каком-то на вид древнем мусоре. Мероприятие было расписано по-минутно: поговорив немного с начальником экспедиции премьер прошел в палатку и стал переодеваться в костюм для ныряние в стиле легкого эротического фильма времен начала перестройки. Он повертел в руках мобилку, предназначенную для экстренных вызовов и решил ее не оставлять на берегу и сунул ее в акваланг, значительно увеличив профиль своего мужского достоинства.
Премьер прошел к воде и театрально погрузился в мутную жижу. План был самый что ни наесть эффектный: премьер ныряет и выныривает с двумя амфорами, полными золота, равного бюджету небольшой области. Ученые очищают амфоры от налета времени и находят на них символы напоминающие эмблему ЕР и премьерского народного фронта. Тем самым убивается сразу целая толпа зайцев: премьер делает эпохальное научное открытие, получает 25 процентов от стоимости найденных драгоценностей, доказывает сомневающимся богоизбранность ЕР, фронта, самого премьера и всего того, что он натворил за годы прибывания у власти.
Однако в самый не подходящий момент секретный телефон зазвонил. Премьеру стало щекотно, он замахал руками и поднял со дна бурю ила, так что видимости не осталось вообще никакой. На ощупь, он нашел на дне две каких-то ручки, ухватился за них и, корчась, потащил на берег.
Конфуза никакого не случилось, так как мало кто полностью знал сценарий, но вид премьера, волочащего со дна морского остатки какого-то унитаза был несколько комичен. В итоге репортаж решили показать не полностью и отделаться фотографиями премьера в аквалангистской амуниции.
Премьер был взбешен. Он посмотрел на номер звонившего- это был Мечин. Премьер решил перезвонить:
- Отдыхаешь, купаешься? – с сарказмом спросил Мечин.
- Что-то важное?- сдержанным тоном спросил премьер.
- Как сказать,- неопределенно ответил Мечин,- когда собираешься возвращаться?
- Думал побыть на море еще денька три, пользуясь случаем.
- Лучше приезжай. Тема есть. Надо встретиться в троем и поговорить. Будешь в Москве, позвони. Соберемся у Димона.
- Окей,- сказал премьер, предчувствуя нехорошее.
rainbowwarrior: (Default)
Была середина лета, когда премьер и президент сидели в лодке и рыбачили в дельте Волги. Клев был хороший, прям как в «Бриллиантовой руке», однако президент ерзал на сидении: рыбалка его не трогала.
- Хорошо сидим, Дим,- сказал премьер, вытаскивая очередную рыбину.
- Ага,- поддакнул президент. – слышь Владим Владимирыч, дела с партией совсем на мази.
- Прекрасно, Дим. Я изначально был в тебе уверен и не сомневался в успехе.
- Может тогда скажите сейчас, кто из нас будет следующим президентом?
- Тьфу ты, Дим,- президент сплюнул за борт,- ну какая разница-то?
- Ну как какая?- президент захлюпал носом. Потом потупил глаза и тихо сказал:- меня Светка долбит. У нее планы…
- А вот оно что,- хохотнул премьер,- забыл я, что ты подкаблучник. Ну скажи, что ты снова будешь следующим.
- Честно? Честно, Владим Владимирыч?- президент от радости чуть не опрокинул лодку.
- Тише ты,- зашикал на него премьер,- а то утонем тут не дожив до выборов. Пока честно, а там поглядим ближе к теме.
В этот момент в паре метров появилась голова фээсбэшного водолаза, всплывшая посмотреть кто раскачивает лодку тандема.

Горохов, по совету Саши Перельмана, погрузился в изучение матчасти. Он начал с малого, с блогов. С ужасом для себя он узнал, что в стране есть коррупция и нет демократии, что уровень жизни за последние годы неуклонно снижается. Прочитал он и про 282 статью и про Магнитского и Ходорковского и про внесистемную оппозицию. Несколько дней он просто молчал, потрясенный новыми знаниями. Потом он внезапно решил проехать по стране, посмотреть, как реально живут люди в глубинке.

Рафкат Хайруллин встретился с Вячеславом Чурковым на одной из пригородных дач принадлежащих администрации президента. Встреча была замаскирована под обычный пикник с блэк Джеком и шлюхами, но на самом деле она носила строго деловой характер:
- Не нравится мне Горохов, последнее время,- начал Рафкат Хайруллин,- связался с этим жидом Перельманом.
- Он полностью у нас под колпаком,- стал успокаивать его Чурков,- куда ему деваться с подводной лодки?
- Прыткий гад и своенравный,- не унимался Хайруллин,- даром, что олигарх. Нужен запасной план.
- Пожалуй, ты прав насчет запасного плана,- поддержал его Чурков,- этим я реально озабочусь.
После совещание переросло в настоящую пьянку.
rainbowwarrior: (Default)
Лиха беда начало.

Как-то Горохов ехал на заднем сиденье своего лимузина и от скуки глядел в окно. Внезапно он увидел большой билборд, поразивший его своим содержанием: на большом плакате был изображен он сам. На манер Джеймса Бонда стоящий возле шестисотого Мерседеса с пистолетом с глушителем. На заднем плане не очень четко просматривался растрелянный джип с бандитами. Надпись гласила: «Михаил Горохов: пацан сказал, пацан сделал!»
Горохов крайне возмутился увиденным и велел водителю ехать в рекламное агентство, которому принадлежало сие творение.
- Что за дела?- заорал Горохов на все агентство, так что секретарши и менеджеры разбежались по углам,- какого хуя?- не стеснялся он в выражениях.
- Вам понравилось?- спросил его вышедший на шум директор.
Горохов несколько опешил от его открытой улыбки. Казалось директор заранее знал о неизбежном появлении Горохова и готовился к встрече:
- Пойдемте я Вам все покажу,- он повел Горохова в отдельный зал, в котором стояли макеты билбордов,- кстати, меня зовут Саша Перельман.
Горохов кивнул головой.
- Это будет своего рода ретроспектива,- Саша Перельман стал излагать Горохову свой замысел. Горохов слушал в пол уха: его внимание привлек плакат с надписью: «Правая партия: законность, порядок, благополучие». На плакате изображен был сам Горохов на фоне довольных улыбающихся молодых людей с детьми на руках.
- Слоганы можно придумать самые разнообразные,- он вновь стал прислушиваться к речи директора агентства.
Решение пришло к нему внезапно:
- Все, я вас нанимаю на время моей предвыборной кампании!

Рафкату Хайруллину тема с рекламным агентством Саши Перельмана не понравилась. Она не понравилась никому: ни Чуркову, ни Бакланову, который осознал, что на аренде партии он много не заработает. Чурков решил не тревожить до поры до времени вышестоящее начальство, тем более что настало лето и сезон отпусков. А так же и катастроф: на Волге затонула древняя лоханка, полная детей, и на время всем стало не до новой партии.

Президент сидел в своем кабинете и читал блоги. Волосы его стояли дыбом: такого потока гадости в свой адрес он еще никогда не читал:
- Ну как же так!- всхлипывал он время от времени,- ведь я же реально борюсь с коррупцией- мне докладывали!
Под конец он не выдержал и достал бутылку коньяка, припасенную на случай государственного переворота. Он налил себе стопку и выпил. Тепло благородного напитка разлилось по всему телу. Действительность стала казаться не такой уж безнадежной: президент погрузился в сон.
Снилось ему, что он летит в бизнесклассе Ту-134: «он радуется жизни и болтает с соседкой удивительно похожей на Анжелину Джоли. По счастливой случайности, соседку тоже зовут Анжелой. Их разговор становится все более и более интимным: вот он уже протягивает руку, чтобы погладить ее колено. И тут к нему подходит стюардесса. Он поворачивается и узнает в ней Татьяну Голикову. Он вздрагивает от неожиданности. Она улыбается ему хищной улыбкой. Обнажая окровавленные клыки: «Владимир Владимирыч приглашает Вас в кабину пилотов»- шепчет она ему на ухо голосом переводчика Гоблина, пытаясь при этом укусить. Он встает и галантно извиняется перед Анжелиной Джоли за прерванную из-за государственных дел беседу. Он идет через бесконечно длинный салон заполненный гастербайтерами с метлами, лопатами, ломами и прочими строительными инструментами и заходит в кабину пилотов. Первое что он видит Это капитана воздушного судна, сильно похожего на Бориса Ельцина: он то ли мертв, то ли мертвецки пьян и свешивается с кресла. Вторым пилотом оказывается Снуп Дог, укуренный в дым, как в кино. Он поднимает глаза к лобовому стеклу и видит, что самолет стремительно летит на встречу к земле. Он вытаскивает из кресла бесчуственное тело Ельцина и садится за штурвал. Он оказывается умеет управлять самолетом не хуже премьера. После короткой борьбы он приручает самолет. Он смотрит в боковое стекло и видит, что рядом на истребителе Стелс летит премьер. Они отдают честь друг другу. Он давит на газ и Стелс остается далеко позади, глотая пыль от Ту-134. И тут внезапно все темнеет: самолет вновь камнем летит к земле. Он не может потянуть штурвал на себя. Не может передвинуть ни один рычаг. Он поворачивает голову направо и видит, что вместо Снуп Дога в кресле сидит Горохов и направляет самолет к земле, смеясь ему в лицо…»
Он очнулся так же внезапно, как и заснул. Протер глаза и выключил компьютер.
Однако сон оставил осадок в душе президента.

Саша Перельман искрил креативом. Однако на одном креативе далеко не уедешь. Об этом он прямо заявил Горохову:
- Вашей партии для успеха нужна электоральная поддержка.
- А она у меня есть,- Горохов вспомнил слова президента,- деятели науки и культуры, интелегенция и как его там? Ах, да: малый бизнес среднего класса.
Саша Перельман скривился:
- С чего это Вы взяли, что все эти перечисленные вами социальные группы за Вас проголосуют?
- Как с чего?- удивился Горохов,- мне президент и премьер обещали.- он потряс медалькой, недавно полученной от премьера.
Саша Перельман понял, что Горохов вообще не парит в политическом бизнесе:
- Видимо, Вас в темную решили использовать,- подумал он в слух.
- Как в темную, как использовать?- взревел Горохов,- Объяснитесь сейчас же, Саша Перельман.
- Ну смотрите сами,- начал объяснять ему Саша,- Вам втюхали мертвую партию: кто ее знает? Никто. Есть в ней яркие личности? Нет. Кроме Вас конечно. Еще есть бывший ее лидер – явный прохиндей и куратор от Кремля. Вы бы сами, положа руку на сердце, стали бы голосовать за такую партию?
Горохов задумался:
- А зачем она тогда вообще нужна? Зачем тогда мне поручили ее возглавить?
- На второй вопрос ответить легко: деньги. Ваши деньги, которые вы вбухали в кремлевскую авантюру. На первый вопрос ответить сложнее: мы же не знаем всех их раскладов. Скорее всего и Хайруллин не знает. Но первое, что приходит в голову- вашей партии тупо нарисуют процент голосов для прохода в думу. Чтоб она была левой рукой у жуликов и воров.
Горохов побагровел от злости:
- Этому не бывать, никогда еще никто не смел манипулировать Михаилом Гороховым! Не позволю и впредь! Пусть Кремль лесом идет: обуть меня хотели, суки!
Горохов стал нервно расхаживаться по кабинету взад и вперед, как тигр. Саша Перельман рассматривал свои ногти в ожидании момента, когда Горохов успокоится и начнет мыслить конструктивно. Наконец Горохов взял себя в руки:
- Что будем делать, Саша?
- Смотря какая будет Ваша цель, Михал Дмитрич. Либо пускаем все на самотек, если конечно Вы будете чувствовать себя уютно под Кремлем. Так сказать: расслабьтесь и наслаждайтесь. Либо начинаем свою игру и пусть Кремль утрется.
- Безусловно своя игра: деньги-то мои!
rainbowwarrior: (Default)
Летит наша Женя стремительной птицей
Сквозь тучи, дожди и чужие границы.
Под крыльями Жени леса и моря,
А в сердце у Жени родная земля,
Родные осины, березы, дубы,
Которые Путин срубил на гробы,
В которых свободу хоронят сатрапы…
Но скоро, но скоро сойдет она с трапа
На землю Свободы, чтоб список вручить
И грант на борьбу за Химлес получить!
Сенатор Маккейн и Жорж Бушев-второй,
За дело Химлеса все станут горой!
Прозреют, услышав земли русской стон.
И скажут в ГосДепе: Путяра, пшел вон!

Совместно с Сашей Перельманом.

Profile

rainbowwarrior: (Default)
rainbowwarrior

May 2017

S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324 252627
28293031   

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 26th, 2017 07:15 am
Powered by Dreamwidth Studios